Один из самых быстрых и техничных барабанщиков метал-сцены начала века носил в Slipknot номер 1, а его рост составлял всего 160 сантиметров. Джои Джордисон, казалось, был создан для того, чтобы ломать стереотипы: невысокий парень из Де-Мойна за маской и невероятной физической мощью превращал каждый концерт в испытание для гравитации. Его вращающаяся ударная установка поднималась и наклонялась под дикими углами, пока сам он выдавал партии, которые в 2010 году читатели журнала Rhythm назовут лучшими за последние 25 лет.
От ночной заправки до дважды платинового дебюта
К тому моменту, когда Джордисон получил свою первую ударную установку в подарок от родителей в пятом классе, он уже пробовал играть на гитаре. Однако именно барабаны стали его способом разговора с миром. В юности он работал в ночную смену на заправочной станции, чтобы оплачивать ранние записи Slipknot — группы, сооснователем и одним из первых участников которой он стал в 1995 году. Эта жертвенность навсегда впечаталась в ДНК коллектива, чьи альбомы вскоре окажутся в каждой второй CD-коллекции.
Релиз дебютного одноименного альбома Slipknot в 1999 году совпал с моментом, когда метал-музыка на физических носителях переживала новый виток массовости. Диск стремительно стал дважды платиновым в США, а его тяжелое, клаустрофобичное звучание, подкрепленное агрессивным сценическим образом и масками, идеально легло в формат компакт-диска. CD-плеер в машине или на полке подростка 2000-х требовал именно такой музыки — плотной, злой и бескомпромиссной.
Iowa и апогей скорости
Студийная дискография Джордисона внутри Slipknot развивалась стремительно. Второй альбом Iowa вышел в 2001 году и сразу дебютировал на третьем месте в Billboard 200, быстро достигнув платинового статуса. Это была запись, где скорость и техничность барабанщика достигли апогея: его стиль, впитавший влияние Дэйва Ломбардо из Slayer и Нила Пирта из Rush, превратил трэш-метал и дэт-метал в единый, безжалостный поток. Iowa стал тем альбомом, который коллекционеры искали в первом издании с характерным буклетом.
Каждый последующий релиз подтверждал коммерческую мощь группы и ее значимость для рынка CD. Vol. 3: (The Subliminal Verses) 2004 года получил платину, а All Hope Is Gone в 2008 году дебютировал на первой строчке Billboard 200. Эти диски стали артефактами эпохи, когда покупка физического альбома была ритуалом: постеры, тексты и мрачная эстетика масок участников, включая Джордисона под номером 1, делали каждый экземпляр предметом коллекционирования.
Параллельные миры за пределами Slipknot
Помимо основной группы, Джордисон строил параллельные музыкальные миры. В 2002 году он участвовал в создании сайд-проекта Murderdolls, смешав метал с хоррор-панком. Их дебютный альбом Beyond the Valley of the Murderdolls мгновенно стал культовым, а второй релиз Women and Children Last вышел в 2010 году. В 2006 году он даже временно гастролировал с индустриальными металлистами Ministry, заменяя их барабанщика, и продюсировал альбом группы 3 Inches of Blood.
Концертный DVD Disasterpieces, запечатлевший выступление Slipknot в Лондоне в 2001 году, остается одним из главных документов мощи Джордисона на сцене. Его установка Pearl и тарелки Paiste работали как единый механизм, а вращение платформы добавляло шоу сюрреалистичности. Этот диск стал обязательным к просмотру для любого начинающего барабанщика-экстремала, а в 2014 году его мастерство официально закрепили включением в Зал славы журнала Modern Drummer.
В декабре 2013 года история Джордисона в Slipknot внезапно оборвалась. Официально он покинул группу, назвав причиной поперечный миелит — тяжелое неврологическое заболевание. Позже он заявил, что на самом деле его уволили. Этот период стал переломным: он основал группу Scar the Martyr, чей альбом вышел в том же 2013 году, а позже играл в супергруппе Vimic и блэк-метал-проекте Sinsaenum. В 2016 году он сообщил, что прошел курс лечения и снова может играть.
Джои Джордисон умер 26 июля 2021 года в возрасте 46 лет. За 51 год до этого, 26 апреля 1975 года, он родился в Де-Мойне, штат Айова, и прошел путь от гитариста-самоучки до человека, чьи партии определили звучание метал-компакт-дисков 2000-х. Сегодня, спустя пять лет после его смерти, оригинальные издания Iowa и All Hope Is Gone на полках коллекционеров звучат не просто как музыка — они звучат как память о том, что рост и масштаб личности измеряются не сантиметрами.