Всё началось с сувенирной кружки из канадского города Тисдейл. На ней был слоган «The Land of Rape and Honey» — так местные власти рекламировали рапс и мёд, главные сельхозкультуры региона. Музыканты Ministry увидели эту кружку и решили, что лучшего названия для нового альбома не найти. 11 октября 1988 года пластинка с этим провокационным заголовком вышла на лейбле Sire Records. Это был третий студийный альбом группы, и он не был похож ни на что из того, что Ministry делали раньше.
От синти-попа к тяжёлому индастриалу
До этого Ministry играли синти-поп и EBM — электронную танцевальную музыку с холодным ритмом. Но фронтмен Эл Йоргенсен давно хотел другого звука. Ещё с середины 1980-х он экспериментировал с тяжёлым индастриалом, пробуя новые приёмы в отдельных синглах. Когда лейбл предложил сделать следующий альбом более коммерческим, Йоргенсен ответил просто: он пригрозил распустить группу. Sire отступили, и Ministry получили свободу делать то, что хотели.
Результат оказался смесью тяжёлых металлических гитар и индастриала — жанра, который тогда ещё только формировался. Йоргенсен впервые запел своим естественным акцентом, а не поддельным британским, как на прошлых записях. Голос он исказил до неузнаваемости. В записи участвовал новый басист Пол Баркер, и именно с этого альбома начался тот Ministry, который позже назовут пионерами индастриал-метала. Сам Йоргенсен до сих пор считает эту пластинку своей любимой в дискографии группы.
Плёнки, разрезанные по методу cut-up
Метод работы был странным. Йоргенсен часами редактировал записанные группой плёнки, называя их обрывками шума, которые приходили к нему во снах. Вдохновлённый Уильямом Берроузом и его техникой cut-up, он разрезал плёнки и склеивал их случайно, пока результат не начинал ему нравиться. Гитары активно звучат только в первых трёх песнях альбома. В «Stigmata» живых гитар нет вообще: рифф из двух аккордов был семплирован и изменён с помощью питч-шифтера. Йоргенсен написал эту песню в последний момент, когда понял, что для завершения альбома нужна ещё одна.
Вдохновлённый Уильямом Берроузом и его техникой cut-up, он разрезал плёнки и склеивал их случайно, пока результат не начинал ему нравиться.
Обложка альбома — отдельная история. Это электронно обработанное изображение сожжённого трупа из подлагеря Бухенвальда Лейпциг-Текла. Йоргенсен сам исказил фотографию, снятую с телевизионного документального фильма о Холокосте. Лейбл сначала отверг обложку. Тогда Йоргенсен привёз в офис Sire отрезанную голову сбитого оленя и бросил её на стол главе художественного отдела. После этого обложку утвердили.
Провокации были не только на конверте. В заглавной песне использованы нацистские выкрики из фильма «The Tin Drum» 1979 года. Применены они иронично: песня направлена против нацизма и тоталитаризма, а на концертах группа давала контекст, высказываясь о политике. Но скинхеды-неонацисты всё равно восприняли это как поддержку нацизма. Йоргенсен рассказывал, что группа прыгала в толпу и дралась с ними прямо на выступлениях.
Альбом не стал коммерческим хитом: он добрался лишь до 164-го места в чарте Billboard 200. Но влияние оказалось огромным. Fear Factory, Linkin Park, Slipknot, System of a Down и Nine Inch Nails называли эту пластинку важным источником вдохновения. Звук, который Ministry собрали из металлических гитар, искажённого вокала и случайно склеенных плёнок, стал образцом для целого жанра. В январе 1996 года альбом получил золотой статус от RIAA — спустя годы после выхода.
Ирония в том, что самую известную песню с этой пластинки Йоргенсен не любит. «Stigmata» он называет своей самой нелюбимой в каталоге Ministry — из-за простоты написания. Песня, сочинённая в последний момент из двухаккордового семпла, стала визитной карточкой альбома, который изменил звучание тяжёлой музыки. А началось всё с кружки из города Тисдейл, где рапс и мёд рекламировали слоганом, звучащим как название фильма ужасов.